Основные параметры

Разрушение крепости

История отмены «крепостного права» в России изучена едва ли не досконально. Однако мало кто знает, что в намерения реформаторов входило не только «освобождение крестьян», одновременно планировалась реформа непосредственно самой системы «крепостного права» — исторически сложившейся системы государственной регистрации прав на недвижимость.
Незадолго до восшествия на престол императора Александра II, в июле 1854 года, Сенат издал постановление, в котором потребовал от низших судебных инстанций неукоснительного соблюдения всех процедур укрепления прав на недвижимые имения, установленных законом, — от начальной процедуры «совершения крепости» до конечной процедуры «ввода во владение» приобретателя. Постановление не было исполнено. К моменту его издания законный порядок укрепления остался единственно в воспоминаниях.

По сохранившемуся со времен Алексея Михайловича порядку от составителя «крепости» требовалось «явить» правильно оформленную им «купчую» в надлежащее судебное место для последующего ее «оглашения» на предмет обнаружения возможных споров. Если претензий к продавцу не обнаруживалось, приобретатель признавался «законным владельцем» имения по установленной формуле: «введен во владение и за него произведен отказ».
Моментом вступления приобретателя имения в права собственности считалась запись — так называемая «отметка о вводе во владение» в книгах Поместного Приказа. В то время это было окончательное и бесповоротное для добросовестного и расплатившегося приобретателя укрепление права собственности. Гарантией укрепления прав на имение служила крепостная «дача»: условная грамота, выданная приобретателю «именем государя».

Петр Великий изменил древний порядок укрепления прав: обязанность «явить крепость» заменил на обязанность «совершить крепость». Право совершения крепости было полностью отдано на откуп чиновникам. При этом все записанные «в законе» процедуры сохранились. В результате возникла иллюзия, что совершенная чиновником «крепость» как таковая создает у приобретателя «право собственности», аналогично тому, как это право до того гарантировала «крепостная дача». Крепостное право стало синонимом права собственности.

Фактически была установлена как обязательная «государственная регистрация» прав на недвижимость: «актовая» — по смыслу, «титульная» — по видимости. Формально регистрации подлежала исключительно сделка, но по видимости регистрировалось «право собственности». Разъяснение Сената по жалобе Мейтуса развеяло эту исторически сложившуюся иллюзию. В истории «крепостного права» в России была поставлена точка.


Недвижимость и все сделки с недвижимым имуществом. Оформление документов в течение часа»